Князь, принимающий дань. Миниатюра из Радзивиловской летописи. XV век.

Князь, принимающий дань. Миниатюра из Радзивиловской летописи. XV век.

На протяжении VI—IX вв. росли производительные силы, видоизменялись родоплеменные институты, шёл процесс классообразования. В качестве важнейших явлений в жизни восточного славянства на протяжении VI—IX вв. следует отметить развитие пашенного земледелия и выделение ремесла; распад родовой общины как трудового коллектива и выделение из неё индивидуальных крестьянских хозяйств, образующих соседскую общину; рост частной земельной собственности и формирование классов; превращение племенного войска с его оборонительными функциями в дружину, господствующую над соплеменниками; захват князьями и знатью племенной земли в личную наследственную собственность и использование ими родоплеменных органов управления в целях упрочения своей власти над рядовыми общинниками, уже утратившими родовую сплочённость.

Материалы сравнительного языкознания свидетельствуют, что земледелие издавна было основой хозяйства славян. Археологические данные о земледелии пока немногочисленны, но и они подтверждают господство земледелия в экономике восточных славян и знакомят нас с формами земледельческих орудий и видами сельскохозяйственных культур (рожь, пшеница, ячмень, овёс, горох, лён и др.). Первое письменное свидетельство об озимых посевах относится к середине X в. Арабский писатель Ибрахим ибн Якуб говорит: «... они (славяне) сеют в два времени года — летом и весною — и пожинают две жатвы». Общие для славянских языков слова «яр», «ярина» и «озимь», «озимина» позволяют предполагать, что чередование озимых и яровых посевов в сельском хозяйстве славян применялось значительно раньше.

Банк Тинькофф

Наряду с земледелием у славян получило развитие скотоводство. В их хозяйстве разводились лошади, коровы, овцы, свиньи и пр. Распространёнными промыслами были охота, рыболовство и бортничество.

К IX в. повсеместно на территории расселения восточных славян (включая и малоплодородную Новгородскую область) образовалась значительная площадь расчищенных от леса старопахотных земель, свидетельствовавшая о дальнейшем развитии производительных сил при феодализме. С каждым столетием сокращалась роль примитивной и трудоёмкой подсечной формы земледелия и неразрывно связанного с ней коллективного труда и хозяйства членов родовых общин.

Объединением небольших родовых общин, для которого характерно известное единство культуры, являлось древнеславянское племя. Таких племён, имена которых уже забыты, было на всей русской равнине, вероятно, 100—200. Каждое из этих племён собирало народное собрание (вече). Постепенно усиливалась власть племенных князей. Развитие межплеменных связей, оборонительные и наступательные союзы, организация совместных походов и, наконец, подчинение сильными племенами своих более слабых соседей — всё это приводило к укрупнению племён, к объединению их в более значительные группы. Русский летописец Нестор не знал мелких восточнославянских племён, а говорил только о крупных их объединениях: радимичах, кривичах, древлянах, вятичах.

Описывая время, когда происходил переход от родо-племенных отношений к государству, Нестор отмечает, что в различных восточнославянских областях были «свои княжения». Это подтверждается и данными археологии. По особенностям погребального обряда можно судить о границах территорий, которые занимали как небольшие племена, так и обширные племенные союзы.

Образование раннефеодального государства, постепенно подчинившего себе все восточнославянские племена, стало возможным лишь тогда, когда несколько сгладились различия между югом и севером с точки зрения условий ведения сельского хозяйства, когда и на севере оказалось достаточное количество распаханных земельных пространств и потребность в тяжёлом коллективном труде по подсеке и корчёвке леса значительно уменьшилась. Вследствие этого произошло выделение крестьянской семьи как нового производственного коллектива из патриархальной общины.

О сдвигах в социально-экономических отношениях к IX — X вв. свидетельствуют изменения в характере погребальных обрядов и форм поселений, наблюдаемые почти во всех славянских землях. Там, где были коллективные родовые усыпальницы, появляются индивидуальные или парные погребения под небольшой курганной насыпью. Это означает, что отдельные семьи повсеместно выделились как производственные единицы, разорвав древние родовые связи. Этот общий процесс мог быть только отражением новых явлений во внутренней жизни славян — возникновения сельских соседских общин и постепенного перехода к феодализму. Среди археологических памятников IX в. встречаются городища со многими сотнями изб. Это поселения широко разросшихся сельских общин.

Нарушение родовой сплочённости, уход отдельных смердов (крестьян) из общины в неукреплённые починки и заимки, разумеется, ослабляли их сопротивляемость напору дружинников и способствовали прямому подчинению или экономическому закабалению этих смердов.

Возможно, что одним из первых видов эксплуатации у восточных славян, как и у других народов, была эксплуатация рабов. Но, хотя рабы и работали в феодальных усадьбах на Руси, рабовладение не стало здесь основой производственных отношений. Разложение первобытно-общинного строя у восточных славян происходило в то время, когда рабовладельческий строй уже изжил себя во всемирно-историческом масштабе. В процессе классообразования Русь пришла к феодализму, минуя рабовладельческую формацию.

В IX—X вв. формируются антагонистические классы феодального общества. Повсеместно увеличивается количество дружинников, усиливается их дифференциация, идёт выделение из их среды знати — бояр и князей.

Известно большое количество дружинных курганов, в которых зарыты оружие и дорогие вещи. Наибольший интерес представляют курганы, находящиеся вокруг больших городов, будущих княжеских столиц — Киева, Чернигова, Смоленска, Суздаля и др. Городские кладбища насчитывают иногда по нескольку тысяч могильных насыпей. По богатству положенных с покойниками вещей и по размерам курганов можно разделить их на три группы: курганы простых дружинников, бояр и князей. В курганах двух последних групп встречаются наборы разнообразного оружия и доспехов, серебряные и золотые вещи, дорогие привозные сосуды, остатки сожжённых рабынь и рабов. Для княжеских курганов характерно наличие предметов языческого культа — жертвенных ножей, идолов, священных турьих рогов. Отсюда видно, что князья совмещали функции светских владык и верховных жрецов. Княжеские и боярские курганы представляли собой огромные земляные холмы, для насыпки которых требовался труд многих тысяч крестьян.

Интересную картину представляют, например, черниговские курганы. В окрестностях древнего города Чернигова имеется несколько отдалённых друг от друга дружинных кладбищ, на которых находятся погребения рядовых воинов, и несколько крупных боярских курганов с захороненными в них ценными вещами. Очевидно, часть дружины и боярства жила в самом городе близ князя, а некоторые бояре со своими воинами проживали в загородных сёлах, возможно, являвшихся их вотчинами.

Таким образом, на основании анализа погребальных памятников IX—X вв. можно сделать вывод о наличии в это время классового расслоения общества и об использовании господствующим классом феодалов труда зависимых крестьян.

К IX в. у славян получило значительное развитие ремесло. Кузнецы научились изготовлять не только железо, но и высококачественную сталь. Появились серебряных дел Мастера, гончары и ремесленники ряда других специальностей. Важным в истории возникновения феодализма является вопрос о времени появления на Руси городов, но он не решён ещё в полной мере историками. В условиях родоплеменного строя существовали определённые центры, где собирались племенные веча, выбирался князь, совершалась торговля, производились гадания, решались судебные дела, приносились жертвы богам и отмечались важнейшие даты года. Иногда такой центр становился средоточием важнейших видов производства. В древнем Пскове, например, археологами обнаружено много железоплавильных горнов.

Большинство этих древних центров превратилось позднее в средневековые города. В IX—X вв. феодалы создали ряд новых городов, служивших как целям обороны от кочевников, так и целям господства над закрепощаемым населением. В городах концентрировалось и ремесленное производство. Старое название «град», «город», обозначавшее укрепление, стало применяться уже к настоящему феодальному городу с детинцем-кремлём (крепостью) в центре и обширным ремесленноторговым посадом.

При всей постепенности и медленности процесса феодализации можно всё же указать определённую грань, начиная с которой имеются основания говорить о феодальных отношениях на Руси. Этой гранью является IX столетие.

Сведения восточных авторов, восходящие в своём большинстве к источникам IX в., дополняют данные археологии. Из арабских, среднеазиатских и персидских сочинений мы узнаём о том, что славяне занимались земледелием, что у них достигло значительных размеров бортничество (у одного владельца было до сотни ульев). Особенно интересны данные о социальных отношениях у восточных славян. «У русов существует класс рыцарей»,— сообщает безымённый среднеазиатский географ. Другие авторы говорят о делении славян на простых и знатных, о князе, собирающем дань, творящем суд, имеющем в своём подчинении «правителей отдалённых областей», распоряжающемся конницей.

Часть крестьян, как можно полагать на основании более поздних известий, эксплуатировалась князьями путём взимания дани, часть вносила оброк боярам и дружинникам или выполняла на их землях барщинные работы. Из источников можно вынести совершенно определённое впечатление, что в IX в. у восточных славян уже образовалось феодальное государство.