Выражая интересы крестьян, революционные демократы выступили с решительным протестом против реформы 1861 г. Они ясно видели узость и убожество этой реформы и использовали все возможности для разоблачения ее крепостнического характера.

Н. Г. Чернышевский был твердо убежден, что от царского правительства крестьяне не могут получить подлинной свободы. Прочитав манифест 19 февраля 1861 г., он сказал: «Давно было ясно, что будет именно это». Он не откликнулся в «Современнике» на манифест 19 февраля и ограничился опубликованием официальных материалов в особом приложении к очередному номеру журнала. Для разоблачения крепостнического характера крестьянской реформы Чернышевский написал в 1862 г. пять статей в форме писем, обращенных к Александру II и иронически названных «Письма без адреса». В этой мнимой беседе с царем Чернышевский подчеркивал противоположность взглядов помещиков-дворян и крепостных крестьян на задачи отмены крепостного права. Он признавал законность недоверия крестьян к реформе, проводимой крепостниками, указывал, что реформа подготовлена чисто бюрократическим путем, что она свелась лишь к уплате крестьянами за урезанные наделы более высокого оброка. Эта серия статей показывала читателям крепостническую природу самодержавной власти и приводила к мысли о необходимости революционной борьбы с ней самих крестьян. Царская цензура не допустила их опубликования.

Туры в Таиланд - 728*90

С горячим протестом против кабальных условий освобождения крепостных выступил «Колокол». Детально разбирая содержание закона 19 февраля 1861 г., Огарев писал в «Колоколе»: «Старое крепостное право заменено новым. Вообще, крепостное право не отменено. Народ царем обманут». Герцен и Огарев сообщали читателям журнала о разгоравшемся в России в 1861 г. крестьянском движении. Они указывали, что «исполин просыпается», и решительно заявляли: «Мы с народом русским, мы с мужиками, а не с сенаторами». В «Колоколе» была опубликована статья Огарева «Что нужно народу?» Отвечая на этот вопрос, автор писал: «Народу нужна земля и воля». Под этим лозунгом и развивалось начиная с 60-х годов XIX в. революционное движение в России.

Самоотверженно боролся за свободу крестьян белорусский революционер Константин (Кастусь) Калиновский (1838—1864). Убежденный последователь Чернышевского, он по окончании университета в Петербурге вернулся в 1861 г. на родину и посвятил себя революционной деятельности. Совместно с В. Врублевским Калиновский стал издавать первую в Белоруссии нелегальную газету «Мужицкая правда», в которой отстаивал революционный путь освобождения крестьян. В 1862 г. Калиновский организовал в г. Вильно комитет, возглавивший подготовку к восстанию в Белоруссии и Литве. Калиновский понимал, что белорусский народ сможет завоевать социальную и национальную свободу, только выступая совместно с русским и польским народами. «Народ московский, — писал он в одной из прокламаций, — нашим свободным братом, а не угнетателем хочет быть. Ответственность за нашу неволю он решительно возлагает на царизм, обрекая его на гибель». Подчеркивая грабительский характер реформы 1861 г., Калиновский указывал, что она проведена царем в страхе перед народом, потребовавшим освобождения от крепостной неволи.

Последовательно разоблачал крепостнический характер реформы 1861 г. выдающийся армянский революционный демократ Микаэл Налбандян (1829—1866). С 1853 г. Налбандян жил в Москве. Он преподавал в Лазаревском институте восточных языков и сотрудничал в издававшемся в Москве армянском прогрессивном журнале «Северное сияние». Налбандян развернул большую революционно-просветительную деятельность. Он дважды (в 1859 и 1860—1862 гг.) ездил за границу, где сблизился с Герценом и Огаревым. Полностью разделяя взгляды русских революционных демократов, Налбандян вел непримиримую борьбу с крепостниками и либералами. В своем труде «Земледелие, как верный путь», изданном в 1862 г. в Париже, он резко критиковал ограниченность крестьянской реформы в России и выступал сторонником революционного разрешения социально-политических проблем. Налбандян признавал огромное значение революционного движения в России. «Освобождение России, — писал он, — имеет большое значение для всего человечества». Освободительную борьбу армянского народа, как и других народов царской России, он связывал с освободительной борьбой русского народа.