Московский университет. Архитектор М. Ф. Казаков. Акварель Ф. Я. Алексеева конца XVIII века.

Московский университет. Архитектор М. Ф. Казаков. Акварель Ф. Я. Алексеева конца XVIII века.

По мере развития в России промышленности и торговли увеличивалась потребность в научных знаниях, технических усовершенствованиях, в изучении природных богатств. Состояние торговли, промышленности, путей сообщения и природных ресурсов становится в 60—80-х годах XVIII в. предметом изучения академических экспедиций. Эти экспедиции, в которых принимали участие И. И. Лепехин, П. С. Паллас, Н. Я. Озерецковский, В. Ф. Зуев и другие ученые, многосторонне исследовали отдельные районы России и собрали огромный материал по географии, ботанике, этнографии, геологии и т. п. Наблюдения, накопленные в результате многолетних путешествий ученых, были опубликованы в специальных трудах.

В 1743 г. с Камчатки отправилось к берегам Америки первое промысловое судно, а к 1780 г. русские промышленники достигли Юкона. «Колумб российский» Г. И.Шелехов в 1784 г. положил начало постоянным поселениям русских на Аляске.

В 60-х годах возобновил свою работу в Петербургской Академии наук возвратившийся в Россию виднейший математик Л. Эйлер, а в 1768 г. в ней начал работать К. Ф. Вольф — один из основоположников учения о развитии организмов. По словам Ф. Энгельса, «К. Ф. Вольф произвел в 1759 г. первое нападение на теорию постоянства видов, провозгласив учение об эволюции».

Банк Тинькофф

Повысился интерес к отечественной истории. Историческая наука этого времени обогатилась публикацией источников — «Русской Правды» (1767 г.), «Журнала, или поденной записки» Петра I (1770 г.) и др. Курский купец И. И. Голиков, страстный поклонник Петра I, издал 30 томов «Деяний Петра Великого» и «Дополнений» к ним, Н. И. Новиков опубликовал в 1773—1775 гг. многотомную «Древнюю Российскую Вивлиофику», в которую вошло много исторических документов. В эти же годы началось издание пятитомной «Истории Российской» В. Н. Татищева и вышло семь томов «Истории Российской с древнейших времен» другого дворянского историка и публициста — М. М. Щербатова.

И. П. Кулибин. Портрет работы П. П. Веденецкого 1790 года.

И. П. Кулибин. Портрет работы П. П. Веденецкого 1790 года.

В области развития научно-технической мысли, в создании различных машин и механизмов в это время особенно выделяются И. И. Ползунов, И. П. Кулибин и К. Д. Фролов.

Сын солдата Иван Иванович Ползунов (1728—1766) является изобретателем паровой машины. Она была пущена в 1766 г. на Алтае. Иван Петрович Кулибин (1735—1818) разработал проект одноарочного моста через Неву. Проверив математические расчеты Кулибина, Эйлер дал о них восторженный отзыв. Кулибину принадлежит изобретение семафорного телеграфа и кода к нему, «водоходного» судна, «самокатки», являвшейся прототипом велосипеда, прожектора («кулибинского фонаря») и ряда других сложных механизмов. Выдающимся изобретателем был также Козьма Дмитриевич Фролов (1726—1800), сын заводского мастерового. Фролов сконструировал водяной двигатель, приводивший в движение механизмы Колывано-Воскресенского завода.

Но применение технических новшеств на практике встречало непреодолимое препятствие в крепостнической системе. Труд крепостного крестьянина делал ненужным для господствующего класса прогресс техники. Замечательные идеи редко претворялись в жизнь, изумительные проекты оставались только на бумаге, забывались важнейшие открытия, изобретатели прозябали в неизвестности, терпели нужду, лишения, подвергались преследованиям и издевательствам.

Некоторые, хотя и весьма скромные, успехи были достигнуты в области образования. Основное внимание уделялось закрытым дворянским учебным заведениям, готовившим офицеров и чиновников. Первые гимназии были созданы только в 50-е годы — Московская при университете и Казанская. Долгое время они являлись единственными общеобразовательными школами. Лишь в 80-х годах начинается организация общеобразовательных, начальных и средних школ для всех сословий, дети крестьян в школы, однако, не допускались. До конца XVIII в. таких школ было открыто всего лишь 316 с 18 тыс. учащихся.

Большинство богатых дворян предпочитало давать своим детям так называемое домашнее образование, нанимая иностранцев-гувернеров, среди которых было немало невежд и проходимцев. Чаще всего дети таких дворян приобретали только внешний лоск и знание французского языка.

Служилые и мелкопоместные дворяне обучали своих детей у невежественных «дядек». Что же касается крестьян, то лишь немногие из них могли обучиться грамоте и письму у дьячков и других деревенских грамотеев. Дворянство державие боялись, что распространение просвещения среди «простого народа» вызовет «брожение умов».