Французские солдаты на передовой линии в районе Эпаржа (Около Вердена). Фотография 1915 года.

Французские солдаты на передовой линии в районе Эпаржа (Около Вердена). Фотография 1915 года.

Основной чертой стратегической обстановки на рубеже 1915 и 1916 гг. являлось возрастание военно-технической мощи Антанты. Франция и Англия благодаря перенесению центра тяжести военных действий на русский фронт получили некоторую передышку, накопили силы и средства для длительной борьбы на западноевропейском театре. К началу 1916 г. они уже имели перевес над Германией в 75—80 дивизий и в значительной мере ликвидировали свое отставание в
области артиллерийского вооружения. Английская и французская армии располагали тяжелой артиллерией новых образцов, большими запасами снарядов и хорошо организованным военным производством.

Руководители стран Антанты признали необходимым искать решения войны в согласованных наступательных операциях на главных театрах, не распыляя усилии на второстепенные. Были уточнены сроки наступательных операций:, на восточноевропейском театре военных действий — 15 нюня, на западноевропейском — 1 июля. Оттяжка наступления была существенным пороком этого плана, она давала возможность германской коалиции снова захватить инициативу в свои руки.

Банк Тинькофф

Положение германского командования при разработке плана кампании 1916 г. было весьма затруднительным. О ведении решительных операций сразу на обоих фронтах нельзя было думать; силы были недостаточны и для того, чтобы вести наступление на нескольких участках одного фронта. В своем докладе кайзеру Вильгельму в конце декабря 1915 г. начальник генерального штаба Фалькенгайн признал, что для наступления на Украину силы «во всех отношениях недостаточны», удар на Петроград «не сулит решительного результата», а движение на Москву «ведет нас в область безбрежного». «Ни для одного из этих предприятий,— писал Фалькенгайн,— мы не располагаем достаточными силами. Поэтому Россия как объект наступлений исключается». Нанести поражение главному врагу — Англии — не представлялось возможным ввиду ее островного положения и превосходства английского флота. Оставалась Франция. Фалькенгайн считал, что «Франция в своем напряжении дошла до пределов едва уже выносимого» и что задачу разгрома Франции можно осуществить, если заставить ее истощать свои силы в борьбе за такой объект, «для защиты которого французское командование будет вынуждено пожертвовать последним человеком». Таким объектом был избран Верден.

Удар по Верденскому выступу в случае успеха расстраивал всю систему обороны на правом крыле французского фронта и открывал перед германскими армиями путь к Парижу с востока. Верденский район мог явиться удобной исходной базой для наступления французской армии на север вдоль Мааса. Германское командование знало, что у Антанты имеется такой план, и рассчитывало взятием Вердена затруднить его.

На итальянском фронте австро-венгерское командование решило нанести мощный удар в Трентино.