К концу 1918 г. Советское государство значительно укрепило свои позиции. Но поражение Германии имело и то последствие, что государства Антанты получили возможность расширить антисоветскую интервенцию за счет вооруженных сил, ранее занятых войной с Германией. В Мурманск, Архангельск, Владивосток прибыли новые крупные контингенты интервенционистских войск.

В ноябре — декабре 1918 г. военный флот Антанты вторгся в советские воды Балтийского моря. Главным направлением интервенции Антанты, однако, стал теперь юг России. Войска интервентов и материальная помощь белогвардейцам направлялись сюда по наиболее для них удобным и близким коммуникациям — через Черное море, доступ в которое открыла капитуляция Турции. Десанты интервентов, главным образом французских, в конце ноября высадились в Одессе, Севастополе, Новороссийске. Белогвардейская «добровольческая» армия, белоказаки, буржуазные националисты Украины, Кавказа и другие контрреволюционеры, действовавшие на юге Советской страны, получили прямую военную поддержку от западных империалистов.

Это был период открытой вооруженной борьбы держав Антанты против Советского государства. Империалисты усилили блокаду, отрезав все пути сообщения России с внешним миром. Они беззастенчиво грабили страну. Сначала через Архангельск, Мурманск, Владивосток, а затем через порты Черноморья они вывозили миллионы пудов ценных грузов — лес, пушнину, золото, лен, кожу, пеньку, зерно, марганцевую руду и т. д. Эти богатства интервенты захватывали путем реквизиции, в качестве «возмещения» за «оккупационные издержки» или же «покупали» на ничего не стоившие денежные знаки, выпущенные ими самими и белогвардейскими «правительствами».

Туры в Таиланд - 728*90

Из одних только северных районов России оккупанты вывезли за границу почти на 1 млрд. золотых рублей (по неполным данным) различных товаров. В захваченных интервентами районах усиливался террор, все более частыми становились расправы над советскими людьми. «Кровь стынет в жилах,— рассказывал один из дальневосточных партизан,— когда вспоминаешь черные дела, совершенные американскими извергами в Советском Приморье. Мне не раз приходилось видеть пепел сожженных деревень, грабежи и убийства, совершенные американскими захватчиками». Даже командующий американскими интервенционистскими войсками в Сибири генерал Грэвс впоследствии признавал: «Жестокости были такого рода, что они, несомненно, будут вспоминаться и пересказываться среди русского народа через 50 лет после их совершения». Соединенные Штаты, отмечал он, «снискали себе ненависть со стороны более чем 90% населения Сибири».